Приветствую Вас, Карл Иероним!
Что из того, что речи Ваши лживы?
Мы любим Вас так искренне, мы живы
Торгуя честью и пером своим.

Мы наши души в тайниках гноим.
Неубраны желтеют наши нивы.
Дерзки, но до потешного пугливы,
И мы не с Вами, Карл Иероним!

Нам не нужны иные берега,
Принцессы, замки, русские снега,
Роскошные сады в рогах оленя...

Среди убогой роскоши и тленья
В самих себе находим мы врага
Непобедимого в своей богемной лени.

Угасание мысли - итог рефлексии.
Медитация - это уже не невроз.
Как по юности все мы хотели в мессии!
Я вот тоже... Но, впрочем, не в этом вопрос.

Вера - это всего лишь желание чуда.
Только наша вина ли, что нам не дано
Даже то, чем прославился грешный Иуда,
Отворивший в бессмертие смертным окно.

Мы стремимся понять, есть ли небо над нами,
За которое можно на плаху и крест.
Только памяти предков кладбищенский камень
Не ответит. Из мёртвых никто не воскрес.

Мы, безумные люди, играем вслепую,
Ибо знаем заведомо: нечем платить.
Только в нашей игре даже тот, кто рискует

Я верю, исцелившись от России,
И вытравив в душе её бациллы,
Уеду я в страну под небом синим,
Где люди благордны и красивы.

Где детский смех не перемешан с плачем,
Где, верю я, всё будет по-другому,
Где страх уйдёт, и это будет значить,
Что я вернулся, что теперь я дома.

В час, когда Город предавши огню и квиритов стенанья презревши,
Глядя на пламя, слагал песни свои император,
Некто из граждан, старинную доблесть являя,
Спрятав кинжал под плащём, во дворец его тайн пробрался.
Вот уж удар занесён над поэтом, угрозы не зрящим, но чудо!
Боги поэта хранят: мёртвым убийца упал.

Боги впали в небожество,
Моги впали в неможество,
Други впали в недружество,
Слуги впали в неслужество.
Вот такие дела:
Энтропия пришла!

Это стихотворение представляет собой вису , написанную дротткветом - наиболее распространённым размером древнескандинавской скальдической поэзии. Основной целью написания этого текста была попытка использовать в русской поэзии скальдическую версификационную технику. Кажется, попытка удалась. Схема аллитераций воспроизведена полностью.

Гордый город будет
Горю предан, братья.
Старых стен надменность
Станет праздным прахом.
Скоро кару явит
Конунг Звёздных Высей
Нане Ниневее
Не уйти от стонов!

Вольному - воля, спасённому - Рай!
Русское слово - нелживое слово.
Серых ворон несмолкающий грай
Нам ничего не накличет дурного.

Ветер промозглый. Осенняя хмарь.
Колером серым подёрнулось небо.
Грязь. Безнадёга. И просим, как встарь,
Ныне у Господа зрелищ и хлеба.

Стелится ветер по влажной траве...
Помнишь ли ты, как мечтали когда-то
Мы о волшебной морской синеве
Тронутой алой полоской заката.

"Душа не должна страдать", -
Сентенция не бесспорна.
Бесстрастны ряды солдат
При звуках литого горна.

Бесстрастны ряды врагов
В служеньи чужой отчизне.
Какой из семи кругов
Возьмёт их больные жизни.

В каких неземных мирах
Мы встретимся с ними снова? -
Свободные словно прах,
Бессмертные словно Слово.

Я устал от пронзительных летних дождей,
Я - потомок последних героев Эллады.
Но не Бог разделил на людей и Людей
Суетливых потомков адамовых стадо.

Суета - это право прошедших времён
Я не верю наследникам царственной Трои.
Разорённой страны летаргический сон
Ничего не изменит в скитаньях Героя.

Да и был ли Герой? На просторах страны,
Погребённой в снегах и похмельных рассветах,
Наши подвиги - только кошмарные сны,
Или, может быть, страшные сказки поэта.

Наши выходки - это не наша игра,
Но не надо валить на веления Неба.
Просто кончился день. Расходиться пора.

Дежурный номер цирковой программы.
Задача - прозаична и проста:
На скрипочке наигрывая гаммы
Хранить своё достоинство шута.

Сереет вечер. От оконной рамы
Ложится тень подобием креста.
Под слоем грима спрятанные шрамы
Увидеть - словно жизнь перелистать.

Воспоминанья тянутся угрюмо,
Мучительно бежит за думой дума
О прошлом, настоящее губя.

И, очарован призраком арены,
Ты снова шепчешь лозунг неизменный:
... идущие на смерть приветствуют тебя!