В стольном городе великом Китеже,
В белокаменном высоком тереме
Жил Василий князь. Жил – не старился.
А пришёл его черёд – переставился.
А покуда был жив – пил, да ел, да спал,
Да пиры с боярами правил.

Раз в поход ходил, да побит бывал.
Но беды большой в том не видел:
Всё равно летописец о нём написал,
Что победу великую князь одержал,
Что добычу великую с боя достал,
И что прославил навек своё имя.
Леший с ними!

А ещё был князь в красноречье силён.
Говорить – как по писаному умел.
Соберёт, бывало, бояр на совет,
Или на вече народ,
И врёт, сколько душа просит,

Мечты - это привилегия молодости
И вовсе не потому, что молодость наивна.
Просто у молодости есть время,
Достаточно времени,
Чтобы мечты осуществились.
А старость - это многоточие,
Многоточие после фразы,
Которую уже не завершить.

Восплачь, народ,лишённый короля!
Твой жалок и безрадостен удел.
Твоей землёй пришелец завладел.
Восплачь, народ, лишённый короля!
Рыдайте, небо, звёзды и земля,
При виде иноземцев чёрных дел.
Восплачь, народ,лишённый короля!
Твой жалок и безрадостен удел.

Гуру!
Я преклоняю колена перед гробом твоим,
И горестная слеза стекает по щеке моей.
Никогда мне уже не услышать исполненных мудрости слов твоих,
И никогда, в часы моих тревог и сомнений,
Не прозвучат заботливые наставления твои.
Одному предстоит мне идти,
Спотыкаться и падать, вставать и падать вновь,
В кровь раздирая колени.
И за всё это я хочу одной единственной награды -
Одной единственной слезы моего ученика в конце пути.

Он не верил, не верил, не верил
В этот горький обещаный Рай.
Распахните же, ангелы, двери,
Золотая труба, заиграй!

Свет в далёком окне не погаснет,
Но, пускай и иная заря,
Полыхнёт неожиданным счастьем
Словно клёны в конце октября...

Что может быть лучше старинной поэзии
О рыцарях и прекрасных дамах.
Их замки высятся среди суеты и серости нашей жизни
Последними оплотами благородства.

Однажды ночью я проснулся и понял,
Что наша Земля - корабль,
Небо - парус.
Ветры Вселенной наполняют его,
И мы медленно плывём в бесконечность...

Приветствую Вас, Карл Иероним!
Что из того, что речи Ваши лживы?
Мы любим Вас так искренне, мы живы
Торгуя честью и пером своим.

Мы наши души в тайниках гноим.
Неубраны желтеют наши нивы.
Дерзки, но до потешного пугливы,
И мы не с Вами, Карл Иероним!

Нам не нужны иные берега,
Принцессы, замки, русские снега,
Роскошные сады в рогах оленя...

Среди убогой роскоши и тленья
В самих себе находим мы врага
Непобедимого в своей богемной лени.

Угасание мысли - итог рефлексии.
Медитация - это уже не невроз.
Как по юности все мы хотели в мессии!
Я вот тоже... Но, впрочем, не в этом вопрос.

Вера - это всего лишь желание чуда.
Только наша вина ли, что нам не дано
Даже то, чем прославился грешный Иуда,
Отворивший в бессмертие смертным окно.

Мы стремимся понять, есть ли небо над нами,
За которое можно на плаху и крест.
Только памяти предков кладбищенский камень
Не ответит. Из мёртвых никто не воскрес.

Мы, безумные люди, играем вслепую,
Ибо знаем заведомо: нечем платить.
Только в нашей игре даже тот, кто рискует

Я верю, исцелившись от России,
И вытравив в душе её бациллы,
Уеду я в страну под небом синим,
Где люди благордны и красивы.

Где детский смех не перемешан с плачем,
Где, верю я, всё будет по-другому,
Где страх уйдёт, и это будет значить,
Что я вернулся, что теперь я дома.